Тема «ЛУЧШИЙ ДРУГ»
![]() | 25Окт2015 14:02:58 |
||||||||||||||||||||||||||
На одном из сайтов прочитала рассказ неизвестного автора "Лучший друг" я не знала в какой раздел его вставить и решила, что этот будет наиболее подходящим, рассказ меня тронул до глубины души своим эмоциональным воздействием и я захотела поделиться с вами, дорогие миновцы. Приятного прочтения:
Хотелось бы предложить вашему вниманию кое-что из своих произведений, а именно одну небольшую повесть, посвященную теме БДСМ, раскрытию себя и своих склонностей. Сама история и герои взяты не из реальной жизни, а созданы под влиянием творческой фантазии, так сказать. Тем не менее, определенные эмоции, пережитые мною в жизни, послужили хорошим источником вдохновения для написания некоторых отдельных сцен. Надеюсь, книга найдет своего читателя, читается она в принципе легко, да и страниц в ней в общем-то не так уж и много... Приятного чтения и спасибо за внимание! «I часть» 18 мая, воскресенье 20:10 Доверие… уважение… взаимопонимание. Я твой единственный друг, и я знаю, какое значение имеют для тебя эти слова. Я был на твоей свадьбе… ты выглядела по-настоящему счастливой. Я улыбался, наблюдая за красивой молодой парой, собирающейся стать семьей, и в то же время сам крепко держал за руку женщину, которую я люблю… Меж тем я с нескрываемым сладострастием наблюдаю, как ты дрожишь и даже не пытаешься это скрыть. Безмолвие леса настигало нас со всех сторон. Именно в безмолвии рождалась истина, непостигнутая нами в привычной жизни. Что-то оборвалось… где-то нарушилось… и ты не слышишь собственных мыслей, даже их приглушенного шепота. Тихо стонешь под моим взглядом, полным жажды владеть тобой… бережно, но властно. Как ты сама этого давно хотела, так неосмотрительно посвящая меня в интимные подробности своих тайных желаний. К сожалению или великой удаче, ты не замечала того, как я к этому отношусь и что чувствую, когда ты рассказываешь мне о своих фантазиях. Что ж. Я всегда умел хорошо скрывать свои эмоции. Все остается позади… проблемы и обязательства… мы в самом центре наших порочных снов... Единственное решение, которое я только могу сейчас принять – это позволить тебе сдаться. Я останавливаю машину. Выключаю фары и глушу двигатель. Мы приехали. Смотришь на меня… твои глаза полны слез, но это от перекрывающих тебе кислород эмоций. Ты вне мысли сейчас. Вне разума. Такая красивая и в то же время безумная. Никогда не видел тебя такой… похожей на хрупкий стеклянный сосуд, который не в силах больше удерживать влагу. Тихая, робкая… жмешься в сиденье автомобиля, пытаясь все же совладать с мелкой дрожью все больше стремящегося ко мне тела, в котором слились возбуждение и страх. Я чувствую это. Они оставляют невидимый отпечаток на моей коже. - Доверься мне. Я не сделаю ничего из того, о чем ты сможешь впоследствии пожалеть. Ты вздрагиваешь, услышав мой голос, ведь за последние полчаса никто из нас так и не произнес ни слова, и опускаешь глаза. Губы твои сжаты, и ты молчишь. Я выхожу из машины и открываю тебе дверь, подаю руку. Ты медленно выходишь, так и не поднимая на меня своих глаз. Ставлю машину на сигнализацию, беру тебя за руку и веду в сторону дома, где расположена моя рабочая квартира, можно сказать, переделанная под офис. Она так же бывает и местом, где я время от времени бываю, когда у меня не возникает желания куда-либо идти и хочется просто побыть одному. Тихий район на краю города… убежище от внешнего мира…. пристанище моих мыслей, снов, планов, идей… Я так часто заходил в тупик и не мог найти правильного решения. Есть множество волнующих меня вопросов, они остаются без ответа и по сей день. Я знаю, что не существует единственно-верного пути… есть много способов стать счастливым. Сейчас ты со мной, и это здорово… На самом деле, это единственное, что имеет для меня значение в данный момент… Ничего не может быть важнее настоящего, в котором ты действительно по-настоящему живешь. ********************************************************************* - Чего ты хочешь сейчас больше всего? – Спрашиваешь ты меня, закрывая входную дверь, отделившую нас от внешнего мира, на несколько крепких замков. Чтобы точно не смогла убежать? Я стояла напротив тебя достаточно близко для того, чтобы коснуться рукой твоего лица, но недостаточно для того, чтобы произнести вслух все то, что ты хотел услышать от меня сейчас. Ты смотрел прямо в мои глаза и не двигался, твердо решив добиться от меня ответа на свой вопрос. Моя попытка опустить лицо не увенчалась успехом, поскольку твоя рука тут же пресекла её, уверенно взяв меня за подбородок и не позволяя увильнуть от того неудобства, которое мне доставлял наш зрительный контакт. - Ты будешь смотреть мне в глаза. И я заставлю тебя говорить. Голос твой прозвучал очень спокойно, но сердце внутри меня забилось громче и быстрее, с каждым своим последующим ударом все сильнее оглушая меня, не давая мне мыслить и анализировать. Твой взгляд растлевал меня… вынуждал чувствовать себя неловко и странно. Я не чувствую себя в безопасности, хотя знакома с тобой уже много лет. Я чувствую себя слишком уязвимой. Беспомощной. Что? Что я должна сказать? - Я не уверена, что могу что-то решать сейчас. Я смущена и напугана… скажи, как мне вести себя, и я постараюсь сделать все, что ты скажешь. В ответ на мои слова, которые прозвучали достаточно тихо и не очень внятно, ты молча прошел в гостиную и сел на диван. Посмотрел на свои часы, снял их и отложил в сторону. Взял с журнального столика портсигар и неспешно вытащил из него одну сигарету. Немного подержав её между своими пальцами, все же прикурил и глубоко затянулся пару раз. Я вдруг понимаю, что очень хочу курить. Но не могу пошевелиться. Ты ничего не говоришь уже, кажется, целую вечность, и от этого мне еще больше не по себе. - Я не понимаю, что мне сделать? Я… - Раздевайся. - Что? - Раздевайся! – Уже жестче повторил ты, и у меня сразу пропало желание спрашивать у тебя что-то еще. Мне пришлось проделать восемь нелегких шагов и выйти из темноты коридора, для того чтобы ты смог лучше меня рассмотреть. Поэтому я остановилась в центре гостиной, прямо напротив тебя, и уже после этого начала медленно расстегивать пуговицы на своей блузке. Сначала это было нелегко. Первая пуговица далась мне с большим трудом, руки не хотели подчиняться, движения были неуклюжими и резкими. Я чувствовала, что ты наблюдаешь за мной, изучаешь меня, оцениваешь. Мне было стыдно и в то же время приятно. Последние пуговицы дались уже легче. Наконец, я откинула блузку в сторону. Вслед за ней последовала юбка и все остальное. Я стояла перед тобой голая и возбужденная, и, видимо, оттого мне было еще труднее смириться с той невозмутимостью, с которой ты смотрел на меня и ждал, когда я унижусь перед тобой еще больше. Мы оба ждали этого, но все же это не помогало мне контролировать свои эмоции. Твоя энергетика пронизывала меня насквозь, открыто побуждая к действию… Захваченная, завороженная ею, дрожа от предвкушения и желания, я медленно опустилась на колени и, неуверенно встав на четвереньки, стараясь подчинить себе каждое движение моего тела, проползла небольшой отрезок плоскости до твоих ног… - Ты действительно очень податливая девочка, не так ли? Несмотря на все более возрастающее желание, чувствительность моего тела, его отзывчивость и готовность продолжать завязанную между нами игру, мне хотелось провалиться сквозь землю, отречься от своих слов и действий. Я сгорала от стыда. И это было совсем не как в моих фантазиях. Мне хотелось как можно скорее снять с себя бремя ответственности. Не чувствовать себя падшей… раскрытой… уличенной в чем-то плохом и извращенном. А ты ждал от меня того, что я подпишусь под всем этим. Ты делаешь последнюю затяжку и тушишь сигарету. Между нами повисает небольшое облако табачного дыма, и я жадно вдыхаю его, наполняя свои легкие твоим присутствием… дыханием… запахом… этой приятной смесью, состоящей из сигаретного дыма и желания… Я стою на четвереньках у твоих ног и смотрю на гладкую поверхность пола… мне нравится быть внизу… мне приятно осознавать твое превосходство надо мной. В следующий миг я почувствовала, как ты запустил свои пальцы в мои волосы и потянул за них так, что мне пришлось поднять свою голову и посмотреть на тебя. У тебя был довольно серьезный и строгий взгляд, но он отражал твою силу и страсть, влечение и что-то еще… что-то еще… чему мне сложно дать определение… трудно опознать… не представляется возможным даже вычленить это из всего многообразия тех эмоций и чувств, которые, перемежавшись, отражались в твоих зрачках. ********************************************************************* - Мне придется тебя выпороть, если ты собираешься и дальше игнорировать мои вопросы. Но ты продолжаешь сопротивляться, бороться с собой, не смотря на то, что сама проделала несколько минут назад. Будто словесное подтверждение факта придаст ему кардинально новую, превалирующую значимость над той, какую несет в себе свершенный факт сам по себе, как действие. - Прежде, чем я это сделаю, хочу, чтобы ты знала: тебе не будет приятно, я не собираюсь тебя жалеть. Скажи мне, ты хочешь почувствовать боль? Если так, тогда все понятно. Я потянул за твои волосы сильнее, вынуждая поднять тебя голову еще выше. Это было не совсем удобно, и вызывало у тебя неприятные, определенно лишенные комфорта, ощущения в области шеи… Тебе это не нравится, всем своим видом ты показываешь мне это. И все же ты ничего не отвечаешь, более того, ты начинаешь упираться и пытаешься выскользнуть из моих рук, обозначивших границы твоих возможных решений. Что ж. Ты сама сделала свой выбор. Мне не составляет особого труда выполнить свое обещание. Я гораздо сильнее тебя. И, несмотря на то, что ты пытаешься сопротивляться, все твое тело, ты сама, жаждешь, чтобы я надавил на тебя… сломал… и без того обезоруженную – обезоружил. Ты сама лишила себя права решать, предоставив мне неограниченную возможность распоряжаться тобой в ограниченное количество минут. - Вот так… Каждый мой новый удар оставлял красноватый след на твоей маленькой попке, своеобразное временное клеймо, продырявившее твое сознание. Вот так. Твои запястья были крепко зажаты между пальцами моей левой руки. Тонкие, хрупкие, они дрожали, временами напрягаясь и пытаясь высвободиться, но безуспешно. Я практически не применял силы, удерживая их. Вот так. Ты тихо плакала, пытаясь спрятать свое лицо от моих внимательно наблюдавших за тобой глаз. Твой стон, дразнящий, полный беззащитности, желания и стыда в какой-то момент перешел практически в крик. Тебе стало больно, но ты даже не попыталась, насколько это, конечно, было в твоих силах, остановить меня. Вот так. Я чувствовал, как ты сжимаешься подо мной, переставая дышать в предвкушении следующего удара, и мурашки пробегали по всему твоему телу. Я ощущал запах твоего желания, чувствовал его влажное прикосновение к моим горячим ладоням, оно все усиливалось, и мне безумно сильно хотелось ощутить его внутри тебя, особенно в те моменты, когда ты приподнимала свою попку, выгибая спину и так призывно демонстрируя мне его. - Вот так… Но было еще не время… ********************************************************************* Ты перевернул меня на спину, подняв мои руки у меня над головой и продолжая удерживать их. Твой взгляд собственнически пробежал по всему моему телу и теперь остановился на моих глазах. Я почувствовала странное ощущение, как будто ничего кроме твоего взгляда больше не существовало… меня больше не существовало. Новая реальность нанизывала меня на свои острые иглы и пускала по открытым ранам бурлящий поток жизни. Мне хотелось раствориться во власти данных секунд, слиться с настигнувшей меня действительностью в единое целое. Всем своим нутром я понимала – это было бы правильно. Я никогда не чувствовала себя более живой. - Теперь ты скажешь мне? – Твой вопрос эхом прозвучал у меня в ушах… этот тихий серьезный голос… тишина, нависшая за ним… твой сосредоточенный взгляд, не выпускающий меня из своих тисков ни на секунду… я задыхаюсь под ним, но все так и должно быть. Я приоткрыла рот в поиске ответа и почувствовала, как сильно пересохло у меня в горле. Я не могу ничего произнести, как не пытаюсь. Тем временем ты медленно и нежно проводишь по моей щеке своей свободной от моих рук ладонью. Я позволяю себе немного расслабиться и закрыть глаза, наслаждаясь ощущением легкого прикосновения к коже… этой почти неосязаемой лаской. Внезапно твоя рука замирает на моем лице… Еще через мгновение я получаю пощечину, четко очертившую на моей не вполне готовой к удару щеке, горячий контур твоих пальцев… из меня вырвался невольный стон. - Ты слышала мой вопрос? - Твой холод подводит меня к краю пропасти… Ты вопросительно смотришь на меня. Нет, я не возражаю… просто мне трудно дышать. - Да. – Слабым голосом, наконец, выдавливаю я из себя. И тут же вновь повторяю, – да, – насколько возможно для меня сейчас громче. Ты снова ласково проводишь своей ладонью по моей щеке, словно поощряя меня за ответ. У тебя уверенный и спокойный взгляд, устремленный вглубь моих зрачков… Никак не могу к нему привыкнуть. Моя кожа еще горит на месте удара. Я невольно зажмуриваюсь, когда ты перестаешь гладить меня и убираешь руку от лица. Сердце бешено колотится, эмоции переполняют меня. Мне страшно… и я слишком возбуждена. - Тогда будь хорошей девочкой, расскажи мне, чего ты хочешь? Разум предательски затуманен, мысли путаются. Но, несмотря на это, я всеми силами пытаюсь сконцентрироваться и подобрать нужные слова. Я знаю, если я этого не сделаю – ты разочаруешься во мне. Мне так кажется. Но мне действительно не по себе, я очень волнуюсь, хотя я сама всего этого хотела. Я понимаю, что мое молчание слишком затянулось, и я должна начать говорить. Сейчас. Тянуть дальше некуда. - Хочу… - Произношу я в настойчивой попытке побороть свой страх и хотя бы на время забыть про свое смущение. Чувствую, как голос у меня дрожит, не желая поддаваться моим собственным уговорам. «А ты уверена, что он действительно хочет это услышать? Тихо… тихо… тихо. Не думай… просто говори и все». - Хочу ублажать тебя… прогибаться перед тобой… чувствовать твою силу и страсть… становиться все ниже и ниже… насколько ты этого захочешь, - с минуту помолчав, я добавила, - этого хочу я. - Хорошо… - Спокойно ответил ты, продолжая сводить меня с ума своим вожделеющим взглядом и не давая мне возможности пошевелиться… – Только откуда такая самоотверженность? Ты ведь даже не знаешь, чего я хочу от тебя, и уже так уверена, что способна принять и насладиться всем тем, что я, возможно, захочу с тобой сделать. Не кажется ли тебе, что это… немного опрометчиво? Конечно, я растерялась, но, кажется, ты и не ждал, что я отвечу тебе. Вероятно, смятение и испуг в моих глазах сделали свое дело. Ты слегка улыбнулся уголками своих губ и затем отпустил мои руки, которые все это время держал у меня над головой. Я пошевелила ими, не меняя своего положения. После этого ты ненавязчиво провел своей только что отпустившей меня рукой по моей шее… между грудей… и животу… медленно, будто смакуя, ты пробовал меня на ощупь. - Ты очень красивая… - Несколько минут спустя произносишь ты, продолжая гладить меня, возбуждая и, одновременно, как будто успокаивая своими прикосновениями. Но, несмотря на это, я слишком напряжена… мое тело настолько чувствительно, что даже от мягких прикосновений меня словно на короткое мгновение бьет током… я дрожу… губы мои немеют… руки… все лицо… - Расслабься… сделай глубокий вдох… медленно… вот так… выдох… закрой глаза… - Я послушно отзываюсь на все твои просьбы… выполняя то, что ты говоришь… впитывая в себя все ощущения… тембр твоего голоса. – Доверься мне. Больше от тебя ничего не требуется. ********************************************************************* Такая открытая и влажная… я нежно провожу рукой по твоим розовым и немного набухшим от возбуждения губам, аккуратно раскрывая их… ты тихо поддаешься вперед, когда я начинаю направлять свои пальцы внутрь тебя… твоя смазка позволяет мне очень мягко и так же легко войти… протяжный стон срывается с твоих полуоткрытых губ… он ласкает мой слух своей неподдельной искренностью… я медленно выхожу и снова вхожу в тебя, до конца погружая свои пальцы в твое горячее лоно… и повторяю это… снова… и снова… Мне хочется замучить тебя до смерти, ведь я не знаю, когда увижу тебя вновь. Сейчас ты так доступна и раскрепощена… и это дверь, в которую ты до сих пор никого не пускала, открыта для меня. Словно я прохожу сквозь твои мысли и сны беспрепятственно и спокойно… поглощая тебя… миллиметр за миллиметром… выпивая тебя… эмоцию за эмоцией… страх… желание… покорность… удовольствие. Я не захожу слишком далеко… скорее даже так… вожу тебя по поверхности… Все слишком хрупко… все так легко испортить… Я во многом следую твоим фантазиям… я хорошо владею собой. «Я хорошо владею собой». - Повторяю я сам себе… про себя… уверенно и тихо… как привык говорить другим. И это помогает. «Ты не готова», - и уже более прочно можно прощупать эту грань между желанием надавить посильнее и пониманием простых вещей. «Ты захочешь этого снова… еще… больнее… серьезней». - Я уверен. Я знаю, как это обычно бывает. Ты кончаешь… несколько раз сзади… несколько раз я… одновременно… ты взлетаешь, я помогаю тебе мягко приземлиться… я могу быть и нежным… обволакивающим, как сон… и ты проваливаешься в меня, как в спасительное окно… в мое спокойное: Все будет хорошо. ********************************************************************* Среди ночи я проснулась… резко, словно кто-то только что пырнул меня ножом в живот… холодный пот окатил меня внезапной волной… Темно и тихо… время будто застыло в этой комнате… остановилось в моей голове… Вихрь мыслей увлекает и опустошает меня… Неужели это действительно произошло? Неслышно встать и уползти… но мои ноги еле меня держат, отравляя соблазном остаться и сейчас же провалиться в глубокий сон… я чувствую себя такой усталой… но что-то толкает меня к движению… чувство долга… ребенок… муж… и, вот, я уже оделась и, можно сказать, практически взяла себя в руки… взрослая, независимая женщина с перечнем обязанностей и обязательств… я должна быть сильной… мне нельзя пускать все на самотек… понимание этого наваливается на меня тяжелым грузом, и я уже готова сама себя запилить… за то, что была не права и порочна… за то, что так облажалась… - 3 часа ночи. - Да… - Будет лучше, если ты останешься у меня. Утром я отвезу тебя домой. Тихий голос вырывает мое сознание из собственных размышлений, и я чувствую, как шаги, повисшие в холодном пространстве, окружившие меня со всех сторон, словно взявшие в бестактильный плен, заполняют собой странную пустоту, образовавшуюся в моем сердце за несколько мгновений до их появления… естественного… необходимого… и, наконец, столь интимно-близкого, что я оказываюсь в руках неподвластного моему сознанию ощущения, будто мной неслышно повелевает кто-то сверху… желание, которое я испытываю при этом, позволяет закрадываться этому ощущению глубоко внутрь моих мыслей, парализуя их… открывая мое тело миллиону возможностей быть использованным этой огромной силой, существующей вне меня, но неизбежно меня наполняющей и, вслед за тем меня же и опустошающей, выбрасывающей за пределы собственного существования… делающей меня абсолютно покладистой и свободной… приближающей меня к чему-то бестелесному и безграничному… бесконечному и совершенному. Сила твоего желания открывает во мне мою истинную сущность… ты знаешь ее лучше меня… ты видишь ее во мне яснее. Проникай в меня… прорастай в меня… забери меня туда, где не существует ничего, кроме сплетения наших чувств и эмоций… красоты… чистоты… искренности… нас. Укради меня… унеси меня… забери…… меня. «II часть» 19 мая 7:50 - Мама! Мама! Смотри, какая кошечка! – Рыжеволосая девочка легонько ударяет по боковому стеклу машины, усиленно пытаясь привлечь внимание своей матери, задумчивой и сонной, устремленной куда-то вглубь себя. В это же время светофор показывает красный свет, и машина останавливается на перекрестке. Взгляд молодой женщины блуждает по суетливым прохожим, торопливо переходящим через дорогу. Девочку она как будто не слышит. - Ну мааам! - Да, доченька, замечательная кошечка. – Наконец, неохотно изрекает молодая женщина, обращая свое внимание на небольшой рыжий комок шерсти, беспокойно ютящейся у входа в продуктовый магазин на углу улицы. Через несколько секунд загорается зеленый свет, и она вновь начинает следить за дорогой. - Ну мааам! – Девочка не выдерживает и дергает свою маму за рукав куртки, все силы направляя на то, чтобы передать ей свой детский восторг и восхищение и, недоумевая, как же можно при всех её попытках и стараниях оставаться все такой же холодной и равнодушной. - Ну что такое, солнышко? Ты можешь сидеть спокойно? Ты же видишь, я за рулем… Перестань меня дергать! Это не смешно. – Она почти не нервничает, только голос ее слегка дрожит. Спокойно, практически не отвлекаясь от дороги, молодая женщина отцепляет от себя руки своего беспокойного чада, которое, конечно же, вовсе не намеренно, но все же в достаточной степени затрудняет безопасное управление автомобилем. Девочка вдруг резко замирает и замолкает, как будто обдумывая только что поступившую ей в голову мысль, но все же не рискует произнести её вслух. Ей вовсе не хочется расстраивать свою маму, которая и без того уже с утра немного не в духе. Так, в тишине они проезжают торговый центр «Парк Хаус», и девочка, пытаясь переключить свое внимание на что-нибудь, что угодно другое, принимается внимательно рассматривать машины, тянущиеся длинными рядами по периметру всего здания, но они ее не увлекают, и, напротив, все более погружаясь в их несчетное, бесконечное количество, все сильнее она возвращается к своим собственным размышлениям. Одна и та же мысль неконтролируемо крутится у нее на языке. В конце концов девочка не выдерживает и сдается: - Давай заведем котеночка, мам? – Аккуратно, но с невыразимой тоской в голосе, произносит девочка и глубоко вздыхает. Усилием воли она складывает беспокойные ладошки на своих маленьких коленях и умоляюще смотрит на свою маму. – Пожааалуйста… - Варвара, мы уже обсуждали это очень много раз. – Очень серьезно говорит ее мама и медленно заезжает во двор школы. Звонок только что дали, и множество детей и подростков, вооруженных рюкзаками и пакетами со сменной обовью, начали обступать входные двери старого кирпичного пятиэтажного здания, приветливо принимающего всех ребят в свои скромные владения. - Но почему? – Отчаявшись, произносит девочка поникшим голосом, уже не надеясь получить ответ. Она опять проиграла… Дорога до работы у молодой женщины занимает около получаса. Никуда особо не торопясь, она заходит в кафе, расположенное на первом этаже офисного здания и покупает себе чашку горячего ароматного кофе. - Выпечки не желаете? Свежие булочки, хот-доги? - Нет, спасибо. Она совсем не голодна или, возможно, ей просто сейчас так кажется. Зато она крайне остро ощущает все события минувшего вечера. Взгляд, прикосновение, голос как будто незнакомого ей человека, так искусно примерявшего на себя маску хорошо знакомого ей друга, делают мысли девушки бессистемно скачущими в пространстве головы и желудка. Она привыкла держать под контролем свою жизнь и все, что в ней происходит. Теперь она ясно чувствует, как маленький винтик в этой созданной ею схеме выкручен ей же самой, и что в скором времени он так же будет предан забвению в водовороте неминуемых событий, неизбежно ведущих к распаду всей этой старой схемы. Она никогда не изменяла своему мужу, старалась жить правильно, хотя сама, на самом деле, терпеть не может это слово. В детстве она редко нарушала правила, но все равно часто получалось так, что она поступала по-своему. В принципе, так происходит и по сей день. Несмотря на далеко не мягкий и достаточно упрямый, своенравный характер девушки, ее основное окружение всегда ей симпатизировало. У нее есть своя точка зрения по поводу любого вопроса, и девушка старается ее придерживаться, редко когда меняет свое мнение о чем-либо. В целом, она общительная, но это касается только отдельных, довольно нейтральных тем. Недоверчивая… доверяет немногим, но сильно. Реалистка. Ценит смелость и искренность, и сама старается быть такой. Она смотрит в зеркало и видит перед собой красивую молодую девушку с немного потерянным взглядом. На вид ей 23-24 года, не больше. Ее длинные светло-каштановые волосы и большие изумрудные глаза в сочетании с худобой и природной бледностью кожи девушки выглядят удивительно гармонично, придавая ее внешнему виду какую-то особую изюминку… таинственность… своеобразную сексуальность, присущую только ей и ее образу, а также естественным от природы данным… Она часто привлекает к себе внимание молодых парней и уже достаточно зрелых мужчин и прекрасно знает, какое оказывает на них воздействие… вот только сама она всегда принадлежала лишь одному мужчине. Они познакомились еще в школе, в девятом классе. Отношения развивались медленно, он был на редкость порядочным мальчиком, ей это нравилось. Со временем влюбленность плавно переросла во что-то большее… серьезные отношения. Так, после школы ребята, наконец, поженились, и через девять месяцев у них родилась девочка. Институт девушке пришлось на время бросить, но она из-за этого особо не переживала, и через три года снова продолжила свое обучение. Год назад получила образование и устроилась на работу. Муж в скором времени открыл свой бизнес и начал постепенно развивать его. Девочка подрастала… В семье царили отношения, полные взаимопонимания, любви и уважения друг другу… она никогда не думала, что что-то может пойти не так… Просторный кабинет, любимое кожаное кресло, большое окно и много дневного света… Все так привычно и знакомо. Все вроде бы как всегда. Но совершенно по-другому внутри нее самой. Разум отказывается принимать решения. Отказывается работать. Эмоции ведут ее в сторону чувственного, но совершенно иррационального… Но она не может сопротивляться. Даже если бы она хотела. Слишком долго она этого ждала. Внезапный телефонный звонок возвращает девушку к реальности, и она вздрагивает от неожиданности, не готовая ее, эту реальность, принять. - Алло. - Привет. Как дела? - Привет. Все, как обычно. Я на работе. - Как Варя? Успели к началу уроков? - Да, успели, все хорошо. - (Из динамика мобильного телефона раздается тихий смех) Вчера вечером готовили с ней шоколадное печенье… пытались освоить твой фирменный рецепт. Варюшка, оказывается, так любит какао. Налопалась его и хохотала. Знаешь, у нее такой заразительный хохот. Как вспоминаю – сразу улыбаюсь. Любимая… я бы очень хотел проводить с вами больше времени. С вами обоими. - Все нормально. - Но мои командировки… - Все нормально. Это же твоя работа, никто не сделает ее за тебя. - Да я знаю… знаю. Просто временами мне так сильно не хватает моих любимых девочек. - Мне тоже тебя не хватает, дорогой. - … Люблю тебя. Хочу, чтобы ты знала, я очень сильно люблю тебя… и нашу малышку… очень. - Я тебя люблю, - к горлу девушки подкатил ком, в глазах застыли слезы, она тихо и глубоко вздохнула, всеми силами пытаясь не выдать своего состояния мужчине, в котором очень нуждалась…. и она об этом сама достаточно хорошо знала. - … Как прошел вчерашний банкет, много людей было? - Немало, Ульяна любит шумные праздники. - Не думал, что тебе придется остаться. - Да я и сама не хотела, ты же знаешь. Просто надо было помочь прибраться. Она все-таки моя родная сестра… это ее праздник. - Да, конечно, я все понимаю… Только зачем было оставаться? Мы и так слишком мало времени проводим вместе. Ты оставила свою машину во дворе, но я мог бы сам приехать за тобой… Можно было взять такси на худой конец. - Да, все верно… можно было. Я просто подумала, что так будет лучше. Тебе рано вставать. Варе тоже. – Ее искусственно-спокойный голос выглядел вполне убедительно на фоне отсутствия какой-либо визуальной картинки перед глазами ее собеседника, и это ее спасало. - Ох, любимая… Я так за тебя переживал. Когда ты позвонила вчера вечером, мне показалось, что ты была расстроена… сегодня утром тоже…. Мне кажется, что что-то идет не так, но ты не хочешь мне об этом сказать. В какой-то момент ей показалось, что он обо всем догадался, что она попалась, и теперь ей уж точно не спастись. Он так хорошо ее знал. Ее привычки… характер… легко угадывал ее настроение. Она присела на край своего рабочего кресла и зажала рот рукой. Слезы потекли по ее лицу беззвучным потоком. Она мысленно похоронила свой брак и теперь оплакивала его. - Почему ты молчишь, Алина? Алина не могла произнести ни слова, лишь еще плотнее зажимала свой рот рукой, не позволяя себе быть застигнутой врасплох. Телефонная связь неожиданно прервалась, девушка отложила свой мобильник в сторону и, закрыв свое лицо руками, наконец, спокойно заплакала, не заботясь о том, что ее может кто-то услышать… Она была совсем одна. Домой Алина вернулась раньше обычного. Списав свое состояние на зачатки обычной простуды, она тем самым избавилась от ненужных вопросов коллег и начальства, изображающих искреннее беспокойство и тревогу за ее здоровье. Уйти пораньше – было делом нехитрым. Никто никогда на работе силком ее не держал. Говоря прямо, она не была незаменимым сотрудником, обычный менеджер младшего звена, каких в компании было без малого человек двадцать, и все они стремились любыми известными им способами пробиться на более высокие должности, всячески заискивая перед начальством и выставляясь. Она терпеть не могла свой коллектив и была рада возможности работать, практически не выходя из своего кабинета. Но, когда все же по долгу службы ей приходилось соприкасаться с различными проявлениями не самых лучших сторон характера и поведения ее сослуживцев, девушка всегда могла постоять за себя, умело демонстрируя силу своего характера и непробиваемость практически в любой ситуации, даже если внутри нее рушились целые миры, и билась в истерике маленькая упрямая девочка, не желающая принимать несовершенство материального мира, в целом, и отдельных его личностей, в частности. На часах половина четвертого… открытая пачка сигарет одиноко валяется на столе – единственный собеседник девушки на ближайшую, по крайней мере, пару-тройку часов. Алина бросила курить почти девять лет тому назад, и за все это время она ни разу не притронулась к сигаретам. Но сегодня девушка не думала об этом. Вдыхая яд замедленного действия, она отчаянно боролась за то, чтобы вернуть себе чувство внутреннего спокойствия, которое так внезапно и, вместе с тем так неизбежно покинуло ее. Несколько сигарет не сделают жизнь лучше, но кто, если не они, успокоит ее сейчас? «Кто, если не они», - думает девушка и выпускает в чуть приоткрытое окно в гостиной несколько облачков табачного дыма. Она глубоко и очень медленно затягивается, отчего с непривычки у нее начинает кружиться голова. Но она сознательно продолжает курить и дальше, не обращая никакого внимания на подступающую тошноту и спастическую боль в желудке. Она ненавидит себя… и все равно ждет его звонка… и презирает себя за это. Несмотря на усилившееся головокружение и, вообще, достаточно усугубившееся состояние в целом, Алине, в каком-то смысле, становится легче. Физическое отвлекает девушку от эмоционального, и мысли в ее голове постепенно утихают, уступая место достигшей своего предела боли, сфокусировавшей на себе все ее внимание. Перед глазами у Алины начинает все расплываться, и она опирается на подоконник обоими руками, в надежде все-таки сохранить равновесие. Но глаза ее закрываются сами собой, и через несколько секунд девушка теряет сознание. Алина проснулась сама через пару часов. Дома она была по-прежнему одна. Аккуратно поднявшись на ноги и слегка облокотившись на шкаф, расположенный возле окна, девушка, вдруг неожиданно для самой себя, обнаруживает, что у нее уже ничего не болит, и даже тошнота почти прошла. Осталось только неприятное ощущение тяжести в голове, но это удар от падения так напоминает о себе. Как будто проснувшись после долгого сна, Алина еще некоторое время не может прийти в себя. Застыв в одном положении, задумчиво смотрит в одну точку, поглощенная какой-то странной растерянностью. На часах без четверти шесть… словно вспомнив о времени, девушка, наконец, понемногу начинает отходить от своего состояния. Так, она находит свой мобильный телефон, выключенный и разрядившейся еще днем, и заряжает его от сети при помощи небольшого аккумулятора, все это время спокойно лежавшего у нее в сумочке. Когда экран телефона загорается, на дисплее высвечивается двенадцать пропущенных звонков. Семь раз звонил ее муж, три раза – мама, один пропущенный вызов от дочки, еще один пропущенный от малознакомого девушке коллеги по работе. От человека, чьего звонка Алина так сильно ждала, до сих пор не было никаких вестей. Это ее огорчало и настораживало. Она так хорошо знала Михаила, как своего друга, но совсем не была уверена в нем, как в любовнике. Ей хотелось верить, что ее браку ничто не угрожает, что события минувшего вечера никак не повлияют на отношение Михаила к ней… что он не влюбится в нее и не захочет преступить черту. Запах табака еще блуждал по квартире, и Алина, раскрыв все окна в доме, тщательно уничтожала последние улики своего странного поведения, казалось бы, уже не имеющие к ней самой никакого отношения. Она взяла себя в руки, привела свои мысли в порядок, позвонила мужу и попыталась ему все объяснить, прибралась в квартире и даже приготовила ужин… Внешне Алина выглядела безупречно спокойной и здоровой, но вот что было внутри, она усиленно пыталась скрыть даже от себя самой. В это же самое время, на другом конце города, молодой успешный мужчина продолжал развивать свой уже достаточно налаженный и перспективный бизнес по оптово-розничной продаже одежды для маленьких детей. Только что он заключил на редкость удачную сделку… Еще одну на этой неделе. На этот раз он договорился о поставке новой линии одежды «Restless» для мальчиков от четырех до шести лет по удивительно низким ценам. Только это его отнюдь не радовало. Вопреки полученной выгоде, он ощущал досаду и тоску. - Если ты видишь, что твоя жена несчастлива рядом с тобой, знаешь об этом и ничего не делаешь, ты – самый настоящий дурак, – говорил он обычно своим друзьям, но отчего-то сам сейчас чувствовал себя дураком… Он был хорошим человеком. Любил свою семью и много работал. Временами мужчина бывал чрезмерно вспыльчив, но все же чаще он подавлял в себе свои эмоции, скрывая их от тех, кто ему действительно по-настоящему дорог. Смешанный тип холерика и флегматика. Но больше все-таки холерик, хорошо подчинивший себе свои чувства. Постоянен, не любит что-то менять в своей жизни. Надежен. Терпелив и мягок с теми, кого по-настоящему любит и готов их самозабвенно ото всего защищать и оберегать. Обговорив возможные сроки поставки и попрощавшись с представителем, упомянутой уже ранее, линии одежды «Restless», мужчина сел в свой старенький серебристый ниссан и, с силой нажав на газ, обреченно направился в самую гущу автомобильных пробок… Внешне он выглядел немного старше своих лет и был крепкого телосложения, довольно подтянутый в силу активного образа жизни, высокий. У него были короткие рыжие волосы и карие глаза. В целом, у этого мужчины была достаточно приятная внешность, не имеющая каких-либо видимых изъянов или особых примет. На отсутствие внимания со стороны женщин он никогда не жаловался, хотя и повышенного интереса к себе тоже не вызывал. Пока он медленно продвигался по буквально целиком заполоненной машинами самой центральной дороге в городе и по возможности пытался разбирать свои рабочие документы по файлам и папкам, небрежно раскиданным на заднем сиденье автомобиля, ему позвонила его дочка и попросила заехать за ней к бабушке и забрать ее домой: - Варвара, солнышко, а почему ты после занятий не поехала с тетей Леной домой? - Я забыла свои ключи. Она отвезла меня обратно к бабушке. - Понятно. Значит, дома ты так и не была? - Пап, – по голосу девочки было понятно, что она начинает немного нервничать, – ты меня там слушаешь или нет? – Вообще она не очень любила, когда ее родители на ровном месте начинали так откровенно тупить. – Говорю тебе, я ключи забыла, – словно для маленького ребенка, медленно, с очень размеренной интонацией, повторила она. - Хорошо. Я скоро подъеду, жди. – Сказал мужчина, как раз в этот момент разворачиваясь на перекрестке и меняя направление своего движения в сторону дома, где еще с самого первого дня их знакомства жила его теща. Она жила прямо напротив Вариной школы. В те дни, когда у Вари были дополнительные занятия по музыке и изобразительному искусству, девочка всегда оставалась до вечера у своей бабушки, так как до дома нужно было добираться почти целый час. После занятий ее обычно забирала тетя Лена, живущая по соседству с Варей и ее родителями. Ленина дочь Яна тоже ходила на эти занятия, поэтому ее маме не составляло особого труда подвозить Варю домой. Варя всегда была упрямым ребенком. В принципе, эта черта характера досталась ей по наследству от мамы. Она считает себя уже достаточно взрослой для того, чтобы самой принимать решения и не любит не перед кем отчитываться. Девочка, на самом деле, по своей натуре очень ранима, замкнута, мало с кем общается в классе. Внешне она была немного худеньким ребенком, чем пошла, скорее всего, тоже в маму. У нее были длинные рыжие волосы и большие голубые глаза… - Милая, ты чего так нагрузилась? – Спросил мужчина, открывая своей дочери заднюю дверь автомобиля. В руках она держала больших, невероятных размеров, рюкзак. Казалось, Варя сложила туда все учебники, какие только могли у нее быть. Лицо у нее было недовольное и уставшее, рыжие волосы непослушно развивались на ветру, выбившись из-под резинки и местами закудрявившись. Резко откинув с лица несколько прядей волос, в очередной раз упавших ей прямо на глаза, она торопливо закинула свой рюкзак в машину и тут же уселась рядом с ним. - Это бабушка. – Раздраженно буркнула она. - Что, опять заготовки? -Нет, вишневое варенье. – Всем своим видом девочка выказывала недовольство. - Дак попросила бы меня подняться! Зачем было все тащить самой? Понятно же, что тебе тяжело. - Папа, я хочу домой, я устала. Давай поедем уже, а? – Начинала стонать она. Мужчина, на секунду зависнув где-то в своих мыслях, наконец, кивнул девочке головой в знак согласия, повернулся к рулю своего автомобиля, включил двигатель и быстро выехал со двора на проезжую часть… Он тоже сегодня устал, и ему хотелось как можно скорее приехать домой… без истерик и пустых разбирательств. Практически всю дорогу они ехали молча. Лишь у самого дома Варя вновь заговорила: - Пап… - Да? - А где наша мама? - Она уже дома. - Дома? Все хорошо? – Тревожно спросила девочка. – Я ей звонила недавно, она была недоступна… Бабушка тоже звонила. По-моему, она переживает. - Все хорошо, милая. Все хорошо. Маме днем немножко не здоровилось, и она ушла с работы пораньше. А потом выпила лекарства и уснула… Телефон у нее сел. - … А она давно уже дома? - Несколько часов. - Я не знала. - Все нормально, не переживай из-за этого. Все хорошо. Как раз в это время Алина разговаривала по телефону со своей матерью. Поначалу женщина отказывалась с ней говорить, обижаясь на то, что Алина уже с середины рабочего дня была недоступна, и обвиняя свою дочь в том, что она совсем не думает о своих близких, которые буквально места себе не находят, пока она спит себе дома спокойно. Но после многочисленных извинений Алины и ее абсолютного согласия со всем, что говорила про нее ее мать, даже если Алина имела на этот счет совершенно другое мнение, женщина, наконец, смягчилась и постепенно пошла на контакт. Так, из маминых рассказов Алина узнала, что Варя почти весь сегодняшний день провела у своей бабушки, что ее частные занятия были отменены из-за плохого самочувствия преподавателя их группы, и что Варенька утром так торопилась, что забыла взять с собой ключи, отчего и не смогла вечером вернуться домой. - Кто виноват, что она у тебя такая кукушка? Я всегда тебе говорила: нужна дисциплина. А ты погляди: сама безалаберная выросла и дочь такую же растишь. Я ведь всегда тебя учила быть ответственной и пунктуальной. На личном примере показывала. А ты что? Эх… С ума ты меня сведешь, Алина. Как ребенок до сих пор, хотя вроде уже взрослая женщина. Двадцать шесть лет, как никак… Поверить не могу, тебе уже двадцать шесть… как же быстро летит время… Поворот ключа заставил Алину на мгновение вздрогнуть от неожиданности, но она тут же пришла в себя. Просто девушка не ожидала увидеть мужа с дочкой так рано, ведь ее мама сказала, что они выехали от нее только полчаса тому назад. Еще раз извинившись перед своей матерью и поспешно попрощавшись с ней, Алина медленно подкралась к коридору прихожей и аккуратно выглянула из за дверей кухни. Муж заметил Алину сразу же и бросил на нее серьезный и в то же время обеспокоенный взгляд, отчего девушка виновато отвела глаза. Варя тем временем стягивала с себя сандалии, недовольно бормоча под нос что-то самой себе и, как будто не замечая своих родителей вовсе. - Вы быстро доехали. – Сказала Алина, помогая своей девочке снять ветровку и повесить ее в шкаф. Она украдкой смотрела на своего мужа, стараясь избегать его прямого взгляда. Ей было очень неудобно за то, что она заставила его так сильно переживать сегодня. «У него и так была напряженная неделя», – подумала Алина про себя и в который раз мысленно пожалела о том, что все так вышло. - Не было пробок. – Коротко ответил ее муж и, погладив дочку по голове, молча удалился в свой кабинет. - Мам, что-нибудь случилось? – Варя тревожно посмотрела на свою маму, интуитивно чувствуя, что что-то происходит сегодня не как обычно, но не понимая все-таки, что же конкретно. Несколько секунд Алина продолжала смотреть в сторону кабинета, за дверьми которого только что исчез ее муж. Потом она перевела взгляд на дочку и попыталась улыбнуться. - Я немножко простыла… Ты извини, что не позвонила тебе, не узнала, как ты и где. Я думала, ты будешь у бабушки и потом на занятиях. Как всегда. – Алина прижала к себе свою девочку и нежно поцеловала ее в макушку. – Не думала, что сегодня все пойдет наперекосяк. - Она глубоко вздохнула, пытаясь отогнать плохие мысли прочь. - Не расстраивайся, мама. Мы отлично провели с бабушкой время. Несмотря на свое раздражительное, даже гнетущее состояние, девочка все же попыталась подбодрить свою маму. Обняла ее еще крепче, стараясь оказать всевозможную всестороннюю поддержку, на которую только может быть способен семилетний ребенок. - Да, милая, не буду. – Ответила Алина, тронутая поведением своей заботливой дочери, и на этот раз она действительно искренне улыбнулась. Уже позднее, сидя за столом, родители семилетней Вари усиленно делали вид, что ничего не произошло. Правда в разговоре между ними то и дело повисали неловкие паузы, но Варя не замечала их. С неохотой ковыряясь в овощах и рыбе, она задумчиво предавалась своим мечтам, практически не отрывая глаз от тарелки и уж тем более не обращая внимания на поведение родителей, которые сейчас были так увлечены своей безмолвной визуальной беседой, что, казалось, забыли обо всем вокруг… Но, как только Варя подняла на них глаза, они тут же каждый занялся своей едой. Варя тем временем вспоминала о маленьком пушистом бездомыше, и сердце ее непроизвольно сжималось от печали и тоски… - Можно я пойду в свою комнату, мам? Мне больше не хочется. – Спросила девочка, отодвигая от себя наполовину пустую тарелку с ужином. К овощам она так и не притронулась. - Конечно, иди, дорогая. – Ответила Алина еще до того, как посмотрела на девочку. Ей хотелось, чтобы вечер закончился как можно скорее. Она торопила время. Приближала разговор, который, хотела она того или нет, должен был еще состояться. Извинений по телефону было недостаточно, она это прекрасно понимала. Она должна была объяснить все, глядя ему в глаза. Глядя ему в глаза – соврать. За столом остались они одни… Мужчина спокойно смотрел в глаза своей жене, ничего не говоря и не требуя. Алина сама не выдержала его взгляда, придвинулась к нему немного ближе, вторгаясь в зону личного пространства, и тихонечко, ласково позвала, наклоняясь к его задумчивому лицу: - Жень… - Что? - … Я не очень хорошо себя чувствую последние дни… Голова раскалывается, все время хочется спать… наверно, погода так действует. Так резко потеплело… Я всегда была метеочувствительна, ты же знаешь. Женя глубоко вздохнул, внимательно слушая свою жену и пытаясь ее понять, и, как только она замолчала, привлек девушку к себе, обняв ее за плечи. - Ты пойми, я беспокоюсь о тебе. Ты очень странно ведешь себя последнее время. Я не знаю, как тебе помочь… и это меня убивает. – Голос Жени был мягким. В нем слышались беспокойство, беспомощность, даже нежность. Он не хотел показывать ей свою слабость, но рука его сама потянулась к ее руке, и он тихонько погладил ее по ладони, проведя по тыльной ее стороне и по пальцам… по каждому ее пальцу в отдельности… А потом Женя ненавязчиво сжал ее ладонь в своей руке и на мгновение закрыл глаза. - Прости меня, Женя. Прости, любимый. - Ласково шептала Алина, нежно прикасаясь губами к его закрытым векам… Она знала, что ему больно, как знала и то, что он винит в этом, в большей степени, себя. Он чувствует, как она медленно ускользает из его рук, и она понимает это… От этого внутри нее все сжимается в маленький беспомощный комочек. Ей хочется защитить этого мужчину. Она его безумно любит. Сердце ее бешено колотится при одной только мысли о той некрасивой правде, этой жестокой действительности, так справедливо обличающей ее истинное лицо и сущность ее первоочередных стремлений. Алина отрицает все это. Но ненавидит себя за боль… за ложь… за нетерпимость и предательство… Она видит перед собой человека… хрупкого… ранимого… полностью уязвимого перед ней… И она чувствует, как тягостен ее поступок… как он, на самом деле, губителен… И она плачет, обнимая своего любимого мужчину, не желая принимать собственный выбор… эту трещину, образовавшуюся в их большой долгосрочной любви… добровольную… долгожданную… но такую, как оказалось, ядовитую… жгучую… ненавистную… даже враждебную… по факту, претящую ей и всему ее внутреннему устройству. - Мы все преодолеем, милый… я всегда буду рядом… что бы ни случилось, слышишь? - Да… Я тебя люблю… люблю, моя малышка. - Я тебя люблю, дорогой… любимый мой. Женя целует ее в губы, проникает под одежду руками… ласкает ее обеспокоенное тело… она отдает себя ему… позволяет ему делать все, что он так любит. Алина так стремится слиться с ним в единое целое… почувствовать его присутствие в себе… все, что угодно, лишь бы ощутить его причастность к ее телу… его право на ее тело… тело и душу. Она знает, что их любовь это не просто слова… не какая-то отвлеченная абстрактная субстанция… Это реальное воплощение жизни… это жизнь, как она есть. «III часть» 20 мая 11:35 - Ульяна, слушай, может, Варюшке новый планшет подарить, как думаешь? Мы с Женей уже себе всю голову сломали. Грустная она какая-то последнее время… - Может, с учебой проблемы? - Да вроде оценки хорошие… Не знаю. Переходный возраст, видимо. - Может, и он… Вы меню то уже составили? Кого приглашать будете? - Приглашать… взрослых, детей… человек 13-15 где-то выходит. Меню составили, даже уже все обговорили… развлечения… конкурсы. Будем делать в кафе «Дом света», напротив Дворца молодежи который. - Ого, здорово вы так все придумали. - Ага. Только вот, что подарить до сих пор остается вопросом. - Ммм… Слушай, может, игровую приставку? Сейчас современные такие классные идут, и графика у них отменная… Ей должно понравиться. - Да ну, какая игровая приставка. Она дома то почти не сидит. Все занимается... Да и вообще, пусть лучше гуляет. Тем более, лагерь скоро. Ой, погоди… у меня, кажется, вторая линия… - Да, конечно. Хотя, слушай, давай лучше попозже. У меня тут дельце одно появилось. - Хорошо, без проблем, ближе к вечеру тогда созвонимся. - Пока. - Пока. – Алина тут же переключается на другую линию, принимая звонок от неизвестного ей номера, но в телефоне слышатся короткие гудки. – Черт! – Она чуть-чуть опоздала. «Наверно, клиенты», - думает про себя девушка и неохотно набирает высветившейся в пропущенных вызовах номер, только что звонившего ей абонента. В последнее время у нее и так слишком мало заказов, не стоит упускать еще один. В телефоне раздается пара длинных гудков, а затем чей-то, как ей показалось, довольно знакомый мужской голос, наконец, отвечает на ее вызов: - Здравствуйте, Вы мне только что звонили? - Да, Алина, здравствуй. «Нет… только не сейчас», - подумала Алина и внутри себя тут же ощутила легкий мандраж. Мысли в ее голове замельтешили беспорядочным роем, сбивая с толку и заставляя девушку молчать, не издавать ни звука, потому что она знает, что разумной цепочки слов сейчас она построить не сможет, и тогда он заметит ее эмоции, вызванные его неожиданном звонком. Поэтому Алина не говорит ни слова, разрываясь между желанием немедленно прервать диалог и услышать его голос снова. - Алина? - Да? – Отвечает наигранно спокойно она, пытаясь вернуть себе свое нормальное состояние и успокоить мысли. – Похоже, что-то со связью, Миш. – Ее голос тих, он кажется безразличным и абсолютно незаинтересованным в разговоре… но, на самом деле, это не так. - Возможно. Теперь ты меня хорошо слышишь? - Да. – Она старается отвечать коротко и по делу. Хотя ей хочется сказать ему очень многое, Алина не знает, с чего именно ей начать, более того, она не хочет выглядеть перед ним глупо или странно. - Во сколько у тебя будет обед? - В 12. - У тебя ничего не запланировано? Я хотел бы увидеться с тобой. - Нет. - Тогда я заеду за тобой через 15 минут. - …хорошо, – успела лишь робко ответить она, и в телефоне опять послышались короткие гудки. Алина не успела ничего еще толком сообразить, а решение уже было принято за двоих. Казалось, ее согласие было чистой формальностью и подразумевалось, как само собой разумеющееся. Неосознанно возвращаясь к приятному мужскому голосу из динамика мобильного телефона, притягательному и вместе с тем очень далекому, Алина ясно видит перед собой образ его обладателя, от одной мысли о котором у нее начинает кружиться голова… Она смотрит на время… пятнадцать минут… ей нужно собраться с мыслями, и все прекратить… решиться на это ради собственного брака и благополучия ее семьи… но дрожь прошибает все ее естество… это желание и страх… желание и здравый смысл. «Я подъехал. Жду тебя внизу». – Ей кажется, что еще слишком рано, но на часах уже пять минут первого. Пятнадцать минут прошло слишком незаметно. Казалось, она так и не сдвинулась с места, после того как поговорила с ним… подбирала нужные слова, но не смогла прийти к чему-то одному конкретному… Чистый лист бумаги так и остался лежать нетронутым на ее столе. - У тебя все хорошо? – Спросил девушку Михаил, как только она села к нему в машину. - Да. – Ответила Алина, даже не взглянув на него, и быстрыми движениями своих суетливых рук мгновенно пристегнула ремень безопасности. Ее взгляд, обращенный куда-то вдаль, вне его машины, был явно растерян. Даже за маской натянутого равнодушия это было хорошо заметно. - Посмотри на меня. – Он аккуратно приподнял ее лицо за подбородок, вынуждая посмотреть ему в глаза. - Зачем ты прячешь от меня свои глаза? Я сделал что-то не так? Тон его голоса был спокоен, но не совсем доброжелателен. Это напугало ее, но не помогло собраться. - Нет. Просто… нам не стоило… я… - Начала сбивчиво Алина. - Почему ты так переживаешь? Ничего не будет, если ты не хочешь. Я по-прежнему твой друг. За столько лет ты так и не научилась мне доверять? - Прости, я не хотела тебя обидеть. Просто я ни разу не делала ничего подобного. Мне неудобно за то, что произошло между нами. Это была ошибка. - Тогда почему ты так переживаешь? - Мне тяжело собраться с мыслями… когда я рядом с тобой. Михаил включил двигатель своей машины и потихоньку отъехал от офисного здания, над входными дверями которого заманчиво красовалась стильная и объемная вывеска с надписью: «WoWaD Corporation» - Мир окон и дверей. Корпорация получала немало прибыли от своей деятельности, а в последнее время она стала особенно процветать, достигнув своей популярности в близлежащих от Москвы регионах. Сочетание невысоких цен и хорошего качества всегда пользовалось успехом в любой отрасли промышленности, охватывающей работу со своими потенциальными покупателями. Клиентов стало больше, работать сотрудники стали напряженнее и интенсивнее, только у Алины дела все никак не клеились. Последний месяц она то и дело теряла людей. Ей грозили увольнением, но едва ли это ее заботило. Вообще Алину никогда особо не интересовала эта работа. Перспектива стать начальником отдела не стимулировала к каким-то активным действиям. Но нужны были деньги платить по счетам, поэтому она работала и вкладывала себя и все свои силы в достижение материальных целей. Теперь же, когда ее муж зарабатывал достаточно, для того чтобы содержать всю свою семью, девушке по сути стало все равно, к чему приведет ее настоящая пассивная деятельность… Она сдалась и, можно сказать, практически отдала себя на волю случайного стечения обстоятельств… Что касается Михаила, то он был ее единственным настоящим другом. Алина не всегда позволяла себе быть с ним предельно откровенной, но зато он был одним из тех немногих людей, кому она действительно могла доверять, и девушка очень ценила это. Он был умен, спокоен, харизматичен, уверен в себе и довольно сдержан. Такого человека очень сложно вывести из себя и заставить по-настоящему злиться. Временами мужчина бывал чересчур жестким, прямолинейным и резким, но часто оказывался в итоге прав. Предпочитал больше слушать, чем рассказывать о себе. Не перед кем не стелился, не пытался выглядеть лучше, чем есть. Лидер, привык добиваться, чего хочет. В целом, Алине нравился его характер… то, что она знала о нем… взгляды на жизнь и отношение к людям. Иногда она не понимала его, но это не мешало ей по-прежнему его уважать. Михаил был старше ее и мудрее, и это неосознанно притягивало девушку к нему. Его холодность… отстраненность. Ей всегда хотелось узнать его поближе, но Михаил сам не допускал этого, продолжая держать Алину на определенной дистанции… А что же теперь? Она чувствует перед ним неловкость и скованность… ощущает напряжение и очень сильную тревогу… а ему… кажется… все равно. «Неужели это ничего не значило для тебя». – Думает про себя Алина, и почему-то ей отнюдь нерадостно становится от своих мыслей. - Куда мы едем? - Мне нужно показать тебе кое-что. По пути к неизвестному пока еще Алине месту назначения, Михаил заехал на автозаправку и заправил почти опустевший бак своего темно-синего фольксвагена. Некоторое время она молча ожидала его в машине, мучимая различными предположениями их возможного направления. Он ничего ей больше не объяснял и, похоже, даже не собирался. Вернувшись за руль, Михаил спокойно продолжил движение по уже ранее намеченному им маршруту, практически не обращая на Алину никакого внимания. Она заметила, как они проехали уже несколько заведений ресторанного типа и кафе, вполне подходящих для того, чтобы там пообедать, но Михаил даже не думал остановиться или притормозить хотя бы возле одного из них. Он уверенно и сосредоточенно вел свою машину, и Алину начинало съедать любопытство и нарастающая тревога. Но она не спешила расспрашивать его. Несмотря на то, что он действительно был ее очень хорошим другом, девушка всегда немного остерегалась его… особенно теперь. - Мне к часу обязательно нужно вернуться на работу. У меня встреча. – Деловито и несколько укорительно заметила она, в надежде получить хоть какой-нибудь ответ. Но Михаил никак не отреагировал на ее слова, продолжая вести Алину в неизвестном ей направлении. Она начинала все сильнее переживать и нервничать, не понимая, куда они все-таки направляются: - Ты можешь мне хотя бы сказать…? - Мы уже приехали. – Не дал ей договорить Михаил и, остановившись возле старого заброшенного спортивного комплекса, заглушил двигатель своего автомобиля. - Я не понимаю… - Растерянно начала было говорить Алина, но он опять прервал ее: - Пойдем. Она послушно последовала за ним, продолжая находиться в полном неведении о том, зачем он привез ее сюда. Спортивный комплекс был закрыт и заброшен уже много лет. Алина проезжала мимо него достаточно большое количество раз, но ни разу не была внутри самого здания. На двери у главного входа девушка заметила старенькое обветшалое объявление о сдаче недействующего спорткомплекса в аренду. Никто за все это время так и не решился взяться за него, о чем хорошо свидетельствовало совсем уж неважное, как внешнее, так и внутреннее состояние всего этого строения. Минуя главный зал, где когда-то раньше располагался бассейн, они прошли в одну из комнат, похожую больше на бывшую раздевалку. Михаил шел достаточно быстро, а внутрь этого небольшого, по сравнению с огромным залом, помещения практически не проникал дневной свет, отчего Алина, пытаясь успеть за торопливым шагом мужчины, видимо, и не заметила неудачно лежащей на полу доски. Она споткнулась об нее ногой и чуть не упала на пол, но Михаил успел вовремя отреагировать и поддержать ее. В ответ на это Алина слабо улыбнулась ему, пытаясь выразить свою благодарность. Михаил ничего не сказал, но взял девушку за руку и аккуратно подвел ее к одному из тех шкафчиков, что сумели каким-то таинственным образом сохраниться здесь до сих пор и почему то так и не были украдены. - Открой его. Алине всегда нравился его низкий, чуть хрипловатый голос. Манера говорить. Она так часто с восхищением наблюдала за тем, как он уверенно добивается своего, при этом она ни разу не замечала за ним, чтобы он на кого-то кричал, даже если был очень зол… Дверца шкафчика была не заперта, а лишь слегка прикрыта, возможно, пытаясь скрыть от посторонних то, что находилось за ней. После секундного колебания Алина все же осторожно приоткрыла ее и замерла в недоумении. - Как оно тут оказалось? Некоторое время она непонимающе смотрела на Михаила, а он улыбался, наблюдая за ее забавной растерянностью… Ему было 35 лет. Выглядел он примерно на свои годы, может быть, чуть моложе. Мужественный, подкаченный, физически сильный. Никогда не испытывал затруднений с тем, чтобы постоять за себя или за кого-нибудь другого. Привлекательный брюнет с темно-зелеными глазами. Короткие волосы. Всегда хороший дорогой парфюм – незаменимый атрибут, неважно: будь то деловая встреча или просто дружеская прогулка. Часто он носил деловые костюмы, но сегодня на нем была обычная трикотажная футболка и летние брюки… Слишком жаркие выдались последние дни. Алина до сих пор не понимала, зачем он привез ее сюда и что он хочет всем этим сказать, но она продолжала неотрывно смотреть на него, терпеливо ожидая дальнейших объяснений. Михаил по-прежнему улыбался, и она понимала, что ничего страшного произойти не могло, но все же была немного напугана и не могла этого скрыть… - Варя приволокла сюда. – Наконец, довольный произведенным эффектом, пояснил мужчина. - Но это еще не все. Пойдем. Нам придется самим разыскать его. - Кого? – Настороженно и все еще недоумевая, спросила девушка. Михаил снова взял Алину за руку и повел ее в соседнюю комнату - старую душевую, внимательно осматриваясь по сторонам. Она то думала, что он привяжет ее к грязному столу, разорвет на ней одежду и будет измываться над ее прекрасным женским телом страстно и жестко… или хотя бы попытается сделать это, потому что в таком случае она должна была бы отвергнуть его… но вместо этого он показывает ей детское покрывальце ее дочери и заставляет играть в какую-то нелепую игру. Внезапно Михаил остановился, и Алина сначала не поняла, что он здесь увидел, но, присмотревшись повнимательнее, она заметила в самом углу душевой серое пушистое создание, свернувшееся в маленький почти незаметный клубочек… Это определенно было тем, что он хотел ей показать. Михаил тихонько подошел к спящему котенку и, присев на корточки, ласково погладил его по спинке. - Варя хотела, чтобы Цезарь спал на покрывальце. Но ему, похоже, там жарко. - Цезарь? - Алина подошла к Михаилу и попыталась получше рассмотреть спящее животное… Цезарь был не таким уж и маленьким, как ей показалось сначала, но и взрослым котом назвать его тоже было нельзя. Внешне котик выглядел вполне чистым и здоровеньким. На голодного он тоже особо похож не был, кости у него нигде не торчали. Даже невооруженным глазом было хорошо заметно, что за животным здесь кто-то ухаживает. - И давно она приходит сюда? - Третья неделя пошла. - И ты ничего мне не сказал... - Я пытался поговорить с ней, – Михаил поднялся на ноги, и Алина инстинктивно отступила от него на несколько шагов назад, сохраняя личную дистанцию, – но будет лучше, если ты сама сделаешь это. - Поговорить с ней? – Не совсем понимая, переспросила она. - Да, Алин, поговорить. Но, если уж быть до конца честным, не думаю, что на Варю это подействует. - Он отошел от нее и посмотрел в окно. Потом проверил время на своих часах и о чем-то подумал. Алина молча наблюдала за ним, не двигаясь с места и периодически переводя свой взгляд с него на котенка… и наоборот. Она и понятия не имела о том, что у ее дочери, оказывается, имеются от нее секреты. - Нет, ты, конечно, можешь попытаться запретить ей приезжать сюда, но контролировать ее ежечасно у тебя все равно не получится, а Варя ни за что не отступится от того, чтобы тайком убегать сюда… как, собственно, и благополучно делала это до сих пор. - Он снова подошел к ней и добавил, - поэтому я и привез тебя сюда. - То есть ты намекаешь на то, что я должна взять его!? – Вопрос у Алины вырвался сам собой, раньше, чем она успела сообразить, что действительно сказала что-то. Она была явно недовольна таким решением проблемы. - Нет, не должна, разумеется, - ответил Михаил и тут же замолчал, немного нахмурившись, словно не ожидая от нее такой реакции. - В любом случае, это решать тебе. Ты и сама прекрасно знаешь, как на нее повлияла смерть Дарси. Она не видит другого выхода, и я ее понимаю. - Мда… – Тяжело вздохнула девушка, и присев рядом со спящим Цезарем, снова принялась рассматривать его, тихонько поглаживая по его мягкой шерстке. Взгляд Алины был задумчив, а сама она выглядела изрядно расстроенной только что полученной информацией. - Почему для тебя это такая большая проблема? – После некоторого молчания спросил девушку Михаил, внимательно наблюдавший за ней все это время. - Что ты имеешь в виду? - Это всего лишь котенок. Он не доставит тебе много хлопот. - Он приблизился к ней и положил руку на ее плечо. Алина никак не отреагировала, продолжая, словно на автомате, поглаживать серого котика и смотреть, как будто сквозь него, потерянным, даже пустым, взглядом. - Возможно, стоило сказать тебе об этом сразу, как я узнал, но мне необходимо было убедиться в том, что я сам не смогу на нее никак повлиять. Она у тебя очень упрямая девочка… вся в тебя. – Он улыбнулся и сделал короткую паузу, собираясь с мыслями. – Я понимаю, сейчас ты растеряна. Я сам от Вари такого не ожидал. В пятницу ехал за спец. оборудованием вместе с другом и на светофоре заметил девочку, гуляющей за воротами старого комплекса. Чем-то она мне показалась ну уж очень похожей на Варю. Потом пригляделся, и правда она. И рюкзак ее, и эта рыжая копна волос, и форма… Повезло, что тут еще сказать. В нужном месте в нужное время. Естественно, я отправил друга одного и пошел за ней. - Почему ты не позвонил мне? - Честно… хотел сам достучаться до нее. Она ведь все пытается казаться взрослой, самостоятельной, только вот серьезно поговорить с ней у нас так и не получилось. Да, она сама рассказала мне про столь очаровательную находку прямо у дверей школы еще две недели тому назад и о том, как тащила ее сюда, преисполненная благими намерениями. А ведь бабушка специально ей говорила: не ходи, здесь безлюдно и очень опасно. Знала бы она, как подействуют на Варю эти слова, когда она будет так одержима спасением невинной души. - Боже мой… Две недели назад… - Да, по вторникам и пятницам… Хорошо, что напротив участок милиции, не так опасны ее выходки, но все равно нельзя это так оставлять, конечно… Знаешь, она рассказывала мне о том, что случилось тогда с Дарси. Сколько ей было, четыре? Она сказала мне, что кошечка… - Не надо. – Тихим голосом прервала его вдруг Алина и подняла на него свою голову. – Пожалуйста. Я не хочу сейчас говорить об этом. - Хорошо. Нам уже пора ехать. – Ответил Михаил и подал ей руку, помогая подняться. Алина воспользовалась его помощью и снова оказалась к нему лицом к лицу, но на этот раз она не отступила, продолжая смотреть ему прямо в глаза. - Все будет хорошо. – Добавил он и улыбнулся. - Будет. – Согласилась Алина и тоже попыталась в ответ ему улыбнуться, но в горле у нее образовался какой-то непонятный ком… поведение ее дочери… нахлынувшие воспоминания… мужчина, который стоял совсем близко и невозмутимо улыбался ей… Она обняла его за плечи, пытаясь скрыть тем самым подступившие к ее глазам слезы, готовые сорваться по ее лицу в любой момент. Михаил приобнял Алину в ответ, но уже через несколько секунд девушка сама отстранилась от него… Их недавняя близость никак не давала ей покоя. Михаил же, напротив, выглядел очень спокойным. Казалось, ничто не тревожило его… не беспокоило. Она ненавидела себя за то, что стала испытывать к нему невыносимую тягу. Меньше всего на свете Алина хотела, чтобы он заметил то, как воздействует на нее, практически не прилагая к этому никаких усилий. Ничего не объясняя, девушка быстрым шагом направилась в сторону выхода, при этом она случайно толкнула Михаила плечом, когда проходила мимо него, но проигнорировала это – ей хотелось как можно скорее уйти отсюда. Появление Михаила моментально выбило ее из колеи, а ей стольких сил стоило собраться и привести себя в порядок после всего случившегося между ними. Она проклинала свою слабость и несобранность и еще сильнее ускоряла шаг, пытаясь убежать от самой себя. Но Михаил догнал ее, схватил за руку и резко развернул к себе: - Какого черта, Алина?! - Что?! Она попыталась вырвать свою руку и освободиться, но он с еще большей силой сжал ее запястье, заставив ее тем самым вскрикнуть от боли и перестать сопротивляться. - Пусти меня. – Сквозь зубы проговорила Алина. - Плохо просишь… и ведешь себя тоже плохо. Она молчала, и он проигнорировал ее просьбу, продолжая спокойно сжимать руку девушки с той же силой, глядя ей прямо в глаза и внимательно наблюдая за ее реакцией. Алина опустила глаза и попыталась успокоиться. Она сделала медленный вдох… и медленный выдох… но лучше ей от этого не стало. «Когда-нибудь это должно закончиться». – Подумала она. - Тебе нравится боль… Ты так отчаянно пытаешься скрыть свое возбуждение, но твое тело само выдает тебя… твои глаза. Ты покраснела, у тебя затвердели соски… мне ничего не стоит овладеть тобой сейчас, и ты об этом знаешь. - И я этого хочу… - Тихо проговорила Алина, не поднимая на него своих глаз. Он отпустил ее руку, и она в недоумении посмотрела на него. В его глазах было самодовольное торжество и похоть, но он не собирался даже прикасаться к ней. - Она должна вот-вот приехать, нам пора уходить. Она расстроится, если увидит нас вот так. Алина закрыла лицо руками, стараясь собраться с мыслями и понять, о ком он говорит. Ее трясло, а он бережно гладил ее по волосам, пытаясь успокоить. Вся эта ситуация вселяла в нее чувство беспомощности… сломленности. Он так хорошо знал, как на нее воздействовать и теперь умело пользовался этим. Она снова отступилась ради него от своих ценностей и принципов, и сейчас ей хотелось заплакать или разбить здесь что-нибудь, или ударить его чем-нибудь… но вместо этого она просто уткнулась в его грудь лицом, смирившись со своим поражением… Три столкнувшихся на перекрестке грузовика перекрыли движение транспорта по обе стороны улиц… снесли светофор. Один грузовик перевернулся, на двух других были значительные вмятины. Серьезных, опасных для жизни травм никто не получил. Виновник происшествия жадно выкуривал одну сигарету за другой, стоя рядом со своей машиной и облокотившись на нее всем своим грузным телом. Кажется, он был не совсем трезв, и слегка покачиваясь из стороны в сторону, бессвязно бормотал себе что-то под нос. Другой, человек кавказской внешности - звонил по телефону и эмоционально что-то обсуждал, размахивая руками и недобро поглядывая на своего соседа. Вокруг третьего собралось несколько человек. Он единственный, кто пострадал в этом ДТП и довольно сильно ударился, когда перевернулся его грузовик. Среди людей, стоящих возле него, похоже, был врач, и он всячески пытался ему помочь, доставая из своего чемоданчика какие-то препараты и бинты. В считанные минуты образовалась достаточно длинная пробка во все четыре стороны движения транспорта. Водители автомобилей, уже успевших стать ее невольными участниками, оживленно ожидали прибытия полицейской машины, ругаясь и суетясь... Проехать было невозможно. Немного не доезжая до самого места аварии, стоял темно-синий фольксваген, за рулем которого сидел Михаил. В отличии от остальных водителей, он особо не волновался, только периодически проверял время на часах и бросал задумчивый взгляд на свою спутницу. Девушка сидела рядом с ним на переднем сидении, уткнувшись в окно, и внимательно наблюдала за всем происходящим на улице. - Алина? – После некоторого молчания мужчина все же, наконец, обратился к своей спутнице, и она повернулась к нему лицом, отвлекаясь от происходящего на дороге. – Все в порядке? - Да… как ты думаешь, мы надолго здесь застряли? - Смотря, как быстро приедет полиция. Вряд ли это надолго, ничего серьезного ведь не произошло. Во всяком случае, мы не должны опоздать на твою встречу. - Хорошо, тогда будем ждать… - Смотри, они переворачивают грузовик. – Михаил привлек внимание девушки к событиям, разворачивающимся на перекрестке… месте, ставшим центром внимания для очень многих людей. - Да, может, сейчас поедем? Смотри, а тот парень, - Алина показала на водителя перевернутого грузовика, - он, похоже, здорово пострадал… и хромает. Но тому лысому, рядом с ним, кажется, весело. - Он просто пьян. - Он, что, танцует что ли? Они переглянулись и непринужденно улыбнулись друг другу. Пропасть, еще недавно так безнадежно разделявшая их неловким, казалось, бесконечным молчанием, теперь куда-то исчезла. Они снова были хорошими друзьями, знакомыми уже много лет… Но, когда Михаил взял ее за руку, Алина снова напряглась, мысленно призывая свой разум осмотрительнее контролировать чувства. - Ну, вот и полиция. – Сказала она и кивнула в сторону дороги, где на месте упавшего грузовика только что остановился полицейский автомобиль, преградив дорогу тем машинам, которые находились в непосредственной близости к месту ДТП и пытались покинуть его, достаточно эмоционально решая между собой кто, когда и куда должен поехать. Их попытки прекратились, не успев толком начаться, и никто из них так и не смог уехать с места аварии. Из автомобиля вышло три полицейских. Мужчина кавказской внешности сразу же подбежал к ним и начал все объяснять. Раненый подковылял к нему чуть позже, по мере возможности. Собравшиеся прохожие тоже присоединились к ним. Виновника ДТП неустанно рвало за своим грузовиком, и, кажется, он даже не заметил, как мимо него проехала полицейская машина. Алина все это время наблюдала за поведением нетрезвого мужчины, и отчасти ей даже стало его немного жалко. «Что это за жизнь должна быть такая, если в середине дня ты уже никакой»? - Когда мы увидимся? Я могу заехать за тобой сегодня после работы. – Михаил прервал размышления девушки. Она снова посмотрела на него и напряженно вздохнула: - Не знаю… - У тебя какие-то дела? Он ласково гладил ее по руке… от запястья и выше. Алина никак не препятствовала этому, но была все время настороже. - Пока не знаю, мне надо созвониться с Женей. Вряд ли сегодня что-нибудь получится. - Жаль, я уезжаю завтра. - Что? – Немного удивленно переспросила девушка и все-таки осторожно забрала у него свою руку. Ей становилось некомфортно. Вокруг них было очень много людей, и ощущение того, что все это как-то неправильно, никак не покидало ее. - Надолго? Куда? - Мне нужно закончить кое-какие дела в Новосибирске. Это не займет много времени, дней 8, может, 11. К концу следующей недели я уже вернусь. Михаил приоткрыл окно в машине и достал из бардачка сигареты. Алина хотела попросить его поделиться с ней, но не стала. Ей было неудобно перед ним за то, что она снова начала курить. Она так давно бросила… Это вызвало бы у него ненужные вопросы… - В следующую субботу у Вари день рождение. – Сказала она, с сожалением глядя на то, как он затягивается, неспешно выпуская сигаретный дым в открытое окно автомобиля. - Да, я знаю, я постараюсь прийти. Если ты, конечно, не возражаешь. - Нет… разумеется, нет. - Ты не ругай ее за то, что увидела сегодня. Для нее это очень важно. - Мне не нравится, что она стала от меня скрывать, понимаешь? Она ведь еще совсем ребенок, а это заброшенное здание… Случись что, и я просто не знаю, что бы я делала. - Я все понимаю, ты переживаешь. Ты – ее мама, так и должно быть. Но не принимай поспешных решений. Тем более, если не собираешься его брать. - Не знаю… - Не вздыхай. Я уверен, ты что-нибудь придумаешь. - Мне придется что-нибудь придумать. Два полицейских забрали пьяного водителя вместе с его грузовиком и покинули место ДТП. Остальные его участники и очевидцы тоже начинали понемногу расходиться. Молодой полицейский, оставшийся на месте аварии, наконец, возобновил движение транспортного потока по всем направлениям и теперь умело управлял ситуацией на дороге, обеспечивая медленное, но зато безопасное сокращение автомобильной пробки. - Ну вот, кажется, мы и поехали. – Михаил выкинул сигарету в окно и завел двигатель своего автомобиля. – Теперь точно успеем. Остаток пути они проехали довольно быстро, без каких бы то ни было происшествий. Михаил остановил машину недалеко от главного входа в здание «WoWaD Corporation» и пожелал Алине удачи на ее встрече. Они приехали вовремя, и у нее даже было в запасе еще минут десять, для того чтобы спокойно подняться в свой кабинет и подготовить документы для работы. - Я позвоню тебе в пять. - Да, ладно… - Ты так сильно напряжена сегодня. Это из-за нашей последней встречи? - Наверно… Если честно, я чувствую себя немного глупо… не знаю, как теперь вести себя рядом с тобой. - Не нужно, просто будь собой. И не переживай. Все будет хорошо, я не собираюсь портить тебе жизнь. Об этом ты можешь не беспокоиться. - Мне все равно как-то неловко. - Ну, наверно, так и должно быть… не накручивай себя зря. Я хочу видеть тебя счастливой, а не подавленной, хорошо? - Я постараюсь. Спасибо. Алина отстегнула ремень безопасности и приоткрыла дверь машины, собираясь уйти, но Михаил слегка придержал ее за руку. Она остановилась и непонимающе посмотрела на него. Он показал девушке на ее запястье, и на нем она сразу же заметила следы от его пальцев: - У тебя очень нежная кожа... - Ничего страшного, пройдет за пару дней. Алина немного смутилась, но не показала ему этого. Михаил еще раз взглянул на ее запястье и покачал головой: - Нет, так не пойдет. Переодень часы на эту руку. Не хочу, чтобы у тебя были проблемы из-за этого. Девушка равнодушно пожала плечами, но все же сделала, как он велел. После их сегодняшней поездки и его слов в Алине что-то изменилось… она, наконец, почувствовала себя в безопасности рядом с ним… ей уже не хотелось никуда уходить… Михаил все же сумел ее успокоить и убедить… - Вот умница. Слышать такое обращение от своего старого друга ей было непривычно, но все же приятно. Алина улыбнулась ему в ответ и, немного колеблясь, все-таки положила руку на его колено: - Я буду ждать твоего звонка… - Неожиданно тихим и нежным голосом произнесла она, придвинувшись к нему как можно ближе. В этот же момент ее сумка соскользнула с колен и упала на пол, но девушка проигнорировала это. – Надеюсь, у нас получится встретиться сегодня. Я, правда, постараюсь сделать все возможное для этого. - Хорошо. Я рад, что ты тоже этого хочешь. – Михаил погладил девушку по волосам и краем глаза взглянул на время. Затем он с нескрываемым сожалением вздохнул и убрал от себя руку девушки. – Тебе пора идти. Все это время, начиная с момента их сегодняшней встречи, Алина ощущала непроходящее желание внизу живота, переходящее во что-то большее… боль и абсолютную сосредоточенность на желании эту боль преодолеть… она пыталась всячески ее подавить, замыкаясь в себе и лишний раз не открывая своего рта… но давалось ей это определенно нелегко. Вдохнув, она почувствовала запах его тела, случайно навеянный ветерком из приоткрытого окна автомобиля… это было последней каплей: - Я так сильно хочу тебя… ты себе даже не представляешь… Она снова положила ладонь на его колено и теперь сжала его, безвольно опустив свою голову на его плечо. Когда она закрыла глаза, ее мысли окончательно поплыли… - Я могу увезти тебя отсюда прямо сейчас. - Дак увези… Михаил настойчиво отстранил девушку от себя и посмотрел ей в глаза: - Ты уверена? Как же твоя встреча? - Я уверена… пожалуйста. Михаил отпустил девушку, положил на руль обе руки и завел двигатель своего автомобиля, приготовившись ехать. Алина вернулась на свое место, подняла с пола сумку и небрежно бросила ее на заднее сиденье. Затем она пристегнула ремень и, словно послушная ученица какой-нибудь престижной младшей школы, аккуратно сложила руки на коленях. Машина тронулась. Темно-синий фольксваген скрылся с места работы девушки и забрал Алину вместе с собой. «IV часть» 20 мая 13:05 - Дай мне адрес ее электронной почты. - Что…? Ой, да перестань! - Нет, я серьезно. Вы встречаетесь с ней еще со школьной скамьи… Женя… Ты, конечно, думаешь, что она у тебя святая, но так не бывает. Знаешь, что почти шестьдесят процентов женщин, состоящих в браке, изменяют своим мужьям после пяти лет совместной с ними жизни? - У нас все хорошо, уймись. - Давай я хотя бы проверю, что ты теряешь? - Доверие. - Да брось ты! Она даже не узнает об этом. Ты – мой друг, и знаешь что? Я уже задолбался видеть тебя в таком настроении! - Отойди. Женя отодвинул от себя своего навязчивого напарника и подошел к письменному столу. На нем лежали, в основном, разные чеки и чертежи. Среди большого множества бумаг, он все-таки сумел отыскать нужный ему документ и, недолго думая, протянул его своему другу: - Вот, на, займись лучше этим. Ребята совсем недавно закрылись, помещение продается. Нам идеально подойдет их торговая площадь. Позвони, назначь встречу. Если все получится, я закажу баннер и найду нам пару работников. Думаю, с этим проблем не возникнет. Кстати, помещение в отличном состоянии, надо будет только продумать, как все оформить… И, да, утром звонила какая-то Кристина. Она сказала, что ты ее порекомендовал. Если ты всерьез думаешь, что я буду спонсировать твоих шлюх из общего кармана, то ты ой как ошибаешься. Короче… чтобы больше такого не было, тебе понятно? - Господи, какой ты зануда стал. Она не шлюха, Кристина недавно приехала в Москву, и она ищет работу… Послушай, если ты так не любишь женщин со свободными взглядами, это еще не значит, что все они шлюхи. Понятно тебе? - Избавь меня от ненужных подробностей. Я высказал тебе свое мнение по этому поводу, теперь мне надо работать. Женя открыл свой рабочий кейс и достал из него органайзер, затем проверил что-то по нему, после чего взял со стола красную папку и сотовый телефон и сложил все это в свой кейс. Его напарник стоял рядом и наблюдал за ним, теребя полученный листок бумаги между своими пальцами. - Мне пора ехать. Нужно отдать деньги за аренду и сформировать еще один заказ в «Restless». - … Слушай, Жень, давай я все-таки ее проверю? Ты же знаешь, я хочу тебе только добра. - Кость, будь добр, отвали, а? По-дружески тебя прошу… хватит! Займись лучше работой. Я устал впахивать один. - Окей. Считай, уже занялся. - Вот и славно. Женя удовлетворенно похлопал своего друга по плечу и поспешно удалился, захватив с собой кейс и ключи от машины. Последнее время он был очень напряжен и легко возбуждался, если что-то шло не так, как он планировал. Его партнера по бизнесу Костю уже стало это напрягать, так как мужчина все чаще начал становиться объектом нервных срывов друга. Дело было в его жене, он был уверен. Не позднее, чем вчера, Женя сам рассказывал ему, что его жена ведет себя очень странно и как будто пытается что-то скрыть. Но любые подозрения в ее адрес и попытки уличить ее во лжи сразу же отметались и выводили Женю из себя, делая его абсолютно невыносимым. Костя, конечно, очень расстраивался, но отступать не собирался. На офисном компьютере был свой адрес электронной почты, специально созданный для того, чтобы общаться с клиентами и решать рабочие дела. Но Костя не терял надежды найти среди старых ненужных писем о совершенных сделках и заключенных договорах адрес жены Жени… может быть, она просила забрать дочку из школы или купить что-нибудь… может быть, отправляла какие-нибудь документы по работе из дома… отложив в сторону листок бумаги с информацией о продаже торговой площади, Костя искал что-нибудь, за что бы он смог зацепиться и помочь своему другу, почти впавшему в вялотекущую депрессию с внезапными всплесками агрессии в сторону своего ни в чем неповинного напарника. Уже особо ни на что не рассчитывая, пролистнув почти на автомате где-то двести пятое письмо и глубоко зевнув от такой скучной и монотонной работы, он вдруг как будто очнулся, глаза его округлились, в них появился победный блеск… наконец, мужчина нашел то, что искал. Теперь дело оставалось за малым, ведь вскрыть ящик для бывшего хакера не составит особого труда. Выпив кружку кофе в соседнем кафетерии и наскоро перекусив, Женя уже собирался ехать по своим делам, как неожиданно ему позвонила его жена и попросила мужчину немного изменить свои планы: - Ты уверена, что она сейчас там? - Да, должна быть, я только что звонила ей, она сказала, что еще на занятиях. Но я звонила еще ее классной преподавательнице… они сегодня учились до 12:20. - Так, подожди, а откуда ты узнала, что она поедет туда? - Михаил видел ее полчаса назад, он мне только что звонил… вот. Слушай, даже если ее там уже не будет, забери, пожалуйста, тогда котенка и привези его к нам домой. Только не говори ей, откуда ты узнал. Пусть все будет случайным совпадением, ладно? - К чему такие сложности? - Просто так нужно, поверь мне. - … (Из динамика мобильного телефона послышался один длинный тяжелый вздох). - Так ты сделаешь или нет? – Осторожно спросила Алина своего мужа после некоторой паузы. - Хорошо, я займусь этим. Что мне еще остается… - Спасибо. Отключив телефон и включив музыку в машине погромче, Женя сразу же направился за своей дочкой и ее новым питомцем в сторону старого спорткомплекса, желая поскорее выполнить поручение жены и вернуться к работе. Он не хотел вдаваться в подробности своего последнего диалога с Алиной, думать о том, почему у нее был такой странно-взволнованный голос, но мысли об этом все равно возвращались к нему, заставляя переживать и все же пытаться докопаться до главных причин. В нужное место Женя приехал совершенно подавленным. С его женой было явно что-то не так. И даже не своим умом… своим сердцем он болезненно ощущал это. Внутри заброшенного здания было достаточно тихо. Казалось, здесь давно уже не было ни души… Женя проходил одну комнату за другой неспешным, спокойным шагом, внимательно осматриваясь по сторонам и ища глазами свою дочку или ее животное… хотя сам он, на самом деле, практически не надеялся застать здесь вообще хоть кого-нибудь живого… Старые доски под его ногами сильно скрипели, кое-где они были поломаны и безобразно торчали. Он аккуратно обходил их… один раз чуть не влез в паутину, засмотревшись на местами обвалившийся потолок. - Твою ж мать! – Он был явно не в восторге от плана своей жены. В его кейсе лежали важные бумаги… время шло, и работа стояла, в то время как он был в Богом забытом месте и занимался, черт знает чем, непонятно ради чего. - Папа? – Внезапно послышалось в противоположном конце комнаты. Мужчина резко обернулся. – Что ты здесь делаешь? Девочка была очень напугана неожиданным появлением своего отца, и сначала она даже не поверила своим глазам… только услышала знакомый голос, долетевший до нее из пустоты, и она автоматически отозвалась на него, не успев даже толком ничего сообразить. Женя подошел к своей дочери и присел рядом с ней на узкую длинную скамью, приставленную к стене. На коленях у девочки лежал серенький котик, и она кормила его с рук какой-то едой, похожей больше на маленькие кусочки сырого мяса. На тумбе возле нее лежал открытый рюкзак. Рядом с ним запечатанный пакет молока, мисочка с водой и полотенце. - Хочешь его погладить? - Варя, милая, поехали домой. - Я не могу, видишь же, - она показала на животное, - как ты меня нашел? - Я просто гулял, Варя, я не думал, что ты здесь. - Не говори, пожалуйста, маме. Она меня убьет. - А ты думаешь, что меня устраивает то, что ты обманываешь нас с мамой? - Пап, - Варя вздохнула, - я не делаю ничего плохого… Она убрала в пакет оставшееся мясо и вытерла руки об полотенце. Животное благодарно замурчало у нее на коленях. Варя взяла мисочку с водой и аккуратно поднесла ее к мордочке котенка... тот жадно запил. Женя все это время молча наблюдал за ними, терпеливо ожидая, когда закончится трапеза. - Я не прогуливаю уроки, - попробовала и дальше оправдываться девочка, заметив на себе недовольный взгляд своего отца. - Да какая разница, ты нас обманываешь! - Хорошо, хорошо, прости… - Она тут же сменила тактику и начала извиняться. - Просто так получилось, я не хотела расстраивать вас или что-то еще. Прости меня, пожалуйста, я больше не буду. – Голос ее звучал и правда виновато, но сама она по-прежнему не понимала, что же такого плохого сделала, и почему ее отец начал на нее злиться. Варя поставила обратно на тумбу тарелочку с водой и ласково погладила котенка по животику… он наелся и теперь собирался спать, устраиваясь поудобнее между коленок своей заботливой хозяйки. - Все, пошли. Женя поднялся на ноги, быстро скидал в рюкзак все ее вещи, накинул его на одно плечо и протянул дочери свою руку. – Вставай! - Паап… - Губы девочки начали дрожать. Она опустила голову. - Ну нет, только не это. Даже не вздумай мне реветь! В этот же момент у мужчины сработал мобильный, и он на секунду отвлекся. Варя тем временем начинала плакать сильнее, закрывая лицо руками, а котенок, уже почти заснувший на ее руках, вдруг проснулся и принялся беспокойно мяукать, глядя на свою расстроенную кормилицу. - Ну все, хватит! Все, я сказал! Бери с собой своего четвероногого и пошли. Вопреки услышанному, Варя заплакала еще громче. Среди ее рыданий были едва различимы какие-то отдельные слова, прислушавшись к которым можно было заметить: мама, нельзя и никуда не пойду… - Дорогая, маму я возьму на себя. Правда, давай бери его и пошли в машину. Ни о чем не беспокойся, я сам со всем разберусь. Голос мужчины неожиданно смягчился, раздражение куда-то ушло. Правда это стоило ему немалых усилий. Зато на Варю его спокойный тон сразу же подействовал. Она начала понемногу успокаиваться и вытирать слезы. Ее питомец тоже притих и теперь залез девочке под кофту. Она аккуратно придержала его и встала на ноги. - Ты обещаешь мне? - Я тебе обещаю. Женя взял дочку за руку и повел к выходу… она улыбалась. Маленький серый котенок наконец то обрел свой дом. «V часть» 20 мая 14:40 ********************************************************************* - Все хорошо? - Да, они едут домой. Ты только что поговорила со своим мужем и теперь бездумно крутила телефон в правой руке, пытаясь хоть чем-нибудь занять свои пальцы и отвлечься от разных мыслей. Ты нервничала. Я это видел. Мы проехали еще пару кварталов… снова на мигающий зеленый. Я вел машину достаточно быстро… оставалось всего несколько километров пути. - Ты позвонила всем, кому хотела? – Спросил я, краем глаза глядя на то, как ты уже, наверно, в сотый раз прокручиваешь мобильный между своими пальцами в безуспешных попытках снять тяжелое напряжение, обуздать которое тебе не под силу. - Да. - Он тебе больше не понадобиться. Ты на мгновение остановилась, я забрал телефон из твоих рук и кинул его в бардачок машины. - Отдам после. - Ладно… - Немного растерянно ответила ты, глядя на свои пустые ладони. - Ты уже сделала свой выбор, теперь расслабься. Отпусти ситуацию и не думай, хорошо? - Я и так, - ты неожиданно осеклась, не решившись закончить предложение, опустила глаза и скрестила руки на своих коленях. - Ты не ответила мне. - Хорошо, я постараюсь расслабиться. - Так-то лучше. Ты тихонько вздохнула и… неуверенно… почти шепотом… через несколько секунд спросила: - Когда мы приедем… ты выпорешь меня? - Выпороть тебя… за плохое поведение? - За что хочешь… выпори меня, пожалуйста… как следует. Голос твой слегка дрожал. Я видел, как тебе тяжело просить меня об этом и знал, как сильно ты этого хочешь. Я чувствовал огромную власть над тобой… твое возбуждение… его запах в моей машине… Ты предлагала мне себя… ты нуждалась в моей силе… желании… жесткости… Ты боялась меня… маленькая моя неискушенная девочка… все будет хорошо. Продолжай бояться. ********************************************************************* - Ну что, попалась? Легко |
|||||||||||||||||||||||||||
|
К началу топика